Сита Деви из Бароды

Изумруды махараджей
1949

Ожерелье было создано всего за несколько недель, между концом сентября 1949 года, когда его заказали, и началом ноября, когда его доставили заказчику, но результат был впечатляющим. В воротник было вставлено почти 220 карат изумрудов кабошон, включая 13 жемчужин, 39 бусин и ребристый шарик. Не говоря уже о 795 бриллиантах бриллиантовой и багетной огранки. Заказчица предоставила все изумруды, но имела одно требование: изделие должно

было быть готово в течение двух месяцев. И срок был соблюден! Никто не осмелился бы расстроить махарани Бароди. Испанский писатель Хосе Луис де Вильялонга, который хорошо ее знал, написал о ней следующее: «Две вещи всегда поражали меня в ней: ее глаза и улыбка. У нее были темные глаза, и казалось, что их глубина не имеет пределов. Ее взгляд был проникновенным и за считанные секунды охватывал всю вашу личность. А еще ее улыбка.

О, эта улыбка! Мало кто из женщин в истории имел такую спонтанную, естественную улыбку. Жемчужины ее легендарного ожерелья, казалось, теряли свой блеск в присутствии улыбки ее высочества. Ее походка также была привлекательной: «Мы, индийцы, не созданы как европейцы», — объясняла она тем, кто ею восхищался. «Мы не ходим в том же ритме. Боги наделили нас мудростью медленных, очень контролируемых движений. С пяти лет я несколько раз в день практикую полную неподвижность и медитацию. Я не хожу, как европейцы, рывками. Я плыву».

И махарани «плыла» по всем элегантным уголкам Европы в течение трех лет. О ней ходили всевозможные слухи. Пресса назвала ее «индийской герцогиней Виндзорской». Она была прекрасна, всегда элегантна в своих роскошных сари и всегда носила больше драгоценностей, чем кто-либо другой. Ее три нитки жемчуга были одними из самых красивых в мире. Но у нее также было еще два ожерелья с четырьмя и шестью нитками жемчуга. Ее рубины были уникальными. Ее бриллианты были огромными. Так же как и ее изумруды и сапфиры. И все это было заперто в сейфах ее семнадцатикомнатной квартиры в Нейи. Ее дом постоянно охраняли около двадцати индийских слуг под руководством ее верного дворецкого Бабу. Как только она прибыла во Францию в 1946 году, она стала любимицей парижского общества. Ни одна вечеринка, бал или премьера в опере не были успешными без нее. Конечно, люди тактично упрекали ее за ее смелость и определенное отсутствие принципов. Брак, дети, религия... Ничто не остановило ее роман с махараджей Бароди.

Они познакомились в 1943 году на ипподроме в Мадрасе. Махараджа, который был одним из самых богатых принцев Индии, годами скучал. Его первая жена, махарани Шанта Деви, на которой он женился в 1929 году, когда ей было пятнадцать, родила ему восьмерых детей. Три года назад он унаследовал от своего деда власть над богатым, современным государством. Но все это не делало его счастливым. Что касается Ситы Деви, то ей было двадцать шесть лет. Она также была замужем. Дочь раджи Питхапурама, одной из старейших династий южной Индии, она вышла замуж за выдающегося землевладельца, которому родила троих детей. Махараджа Бароди предложил ей роскошь и возможность увидеть мир. Она дала ему силу нарушить традиции и чувство игривости, которого так не хватало в его жизни.

Чтобы выйти за него замуж, несмотря на сопротивление своего первого мужа и обеих семей, она проконсультировалась с некоторыми из самых выдающихся юристов Индии. Один из них предложил шокирующее, но эффективное решение: перейти в ислам, что автоматически прекратило бы ее первый индуистский брак. По истечении установленного законом срока она снова приняла бы индуизм, чтобы стать второй женой махараджи Бароды. И именно это она и сделала, к большому сожалению вице-короля Индии. Он официально напомнил махарадже, что полигамия была запрещена в штате Барода почти пятьдесят лет. На это принц ответил, что закон, принятый его собственным дедом, применялся к простым людям, но, конечно, не к нему. Оставив дворец Лакшми Вилас своей первой жене и их восьмерым детям, он поселил свою вторую жену во дворце Макарпура. В 1945 году она родила ему сына, которого прозвали Принси. Но она очень быстро убедила его покинуть Индию. Оба понимали, что последствия Второй мировой войны и неизбежная независимость страны не будут терпимы к глупости принцев. Поэтому они уехали в Европу, забрав с собой значительную часть сокровищ Бароды.

Махараджа быстро обосновался в Лондоне, где умер в 1968 году. А вот Сита Деви выбрала Париж, город, который ей был по душе. Больше, чем Англия, где социальная иерархия все еще была очень строгой, столица «кафе-сосайти», с ее летними резиденциями на Французской Ривьере и зимними резиденциями в Альпах, казалась ей идеальной. Элегантность была главным критерием. Царила роскошь. Жизнь была беззаботной и изысканной. Одной из ключевых остановок для парижской элегантности был бутик Van Cleef & Arpels на площади Вандом, 22. Махарани открыла его для себя в октябре 1946 года. Ее первые заказы были сдержанными: дизайн в форме короны с бриллиантами круглой огранки, который должен был быть прикреплен к ее зажигалке, брошь с большим изумрудом, набор анемонов с бриллиантами круглой огранки, изумрудами и рубинами, от которого она в конце концов отказалась. А затем появилось «индуистское» ожерелье из изумрудов и бриллиантов, созданное специально для нее в ноябре 1949 года. Париж праздновал в тот праздничный сезон. Вернулось благосостояние, и махарани Бароди нужны были новые украшения для новой эры процветания. Два месяца спустя, в январе 1950 года, она дополнила свой комплект парой сережек-капель с изумрудами и бриллиантами круглой огранки.

И этот список продолжался почти двадцать лет. В июле 1954 года она принесла в Van Cleef & Arpels 360 карат изумрудов и 106 карат рубинов. Все камни были огранены в кабошоны. Эта партия изумрудов и бриллиантов стала основой для создания одной из самых прекрасных ювелирных коллекций, соединившей в себе строгую элегантность французских мастеров и великолепие Индии. 360 карат изумрудов и 106 карат рубинов были вставлены в ожерелье и браслет. Бриллиантовые листья, установленные на желтом золоте, соединили их между собой. Индия привнесла цвет, округлость кабошонов, желтое золото и удивительный контраст зеленого цвета изумрудов и красного цвета рубинов. Париж предложил совершенную элегантность дизайна и изящество работы мастеров Van Cleef & Arpels. Каждый камень был вставлен с идеальной симметрией по обе стороны двух драгоценных камней вокруг центрального мотива. И не имело значения, были ли они абсолютно идентичными. Они идеально подходили друг к другу. В течение следующих десяти лет Сита Деви из Бароды продолжала заказывать у Van Cleef & Arpels самые удивительные ювелирные изделия в мире. Каждый раз она предоставляла камни для создания исключительных комплектов. В течение почти двадцати лет она украшала вечеринки Café Society своими потрясающими ювелирными изделиями: в Париже, Монако, Санкт-Морице и Венеции. Она умерла в 1989 году, но ее имя осталось легендой. Каждый раз, когда одно из ее украшений — часто от Van Cleef & Arpels — выставляется на публичный аукцион, коллекционеры со всего мира соревнуются за его приобретение, поскольку камни, украшающие его, считаются самыми красивыми в мире.

СУДЬБА ИЗУМРУДОВ МАХАРАНИ БАРОДЫ

Два ожерелья, созданные Van Cleef & Arpels из изумрудов и рубинов махарани Бароды, сохранились. Ожерелье, составленное исключительно из изумрудов и бриллиантов, принадлежит коллекционеру, который регулярно

предоставляет его для выставок. Ожерелье, инкрустированное бриллиантами, изумрудами и рубинами, вновь появилось на аукционе около пятнадцати лет назад.

Читайте дальше об истории изделий:

Наполеон I

Ава Гарднер

Барбара Хаттон

Фара Пахлави

Изумруды и Serti Mystérieux